Трилемма международных финансов

По мере того, как мировая экономика пытается избавиться от всевозможных недугов, международный финансовый порядок подвергается всё более тщательному пересмотру. Валюты и обменные курсы в частности рассматриваются особо пристально.

Различные политобозреватели и политики, включая американского президента Обаму, жалуются, что «женьминьби» (обобщённое название китайских денег – прим. пер.) недооценён и затрудняет глобальное выздоровление. Проблемы в Греции заставили многих людей задуматься о том, не является ли евро провальным экспериментом и не было бы лучше для европейских наций управляться своими собственными валютами.

В размышлении над этими вопросами следует начинать с того, что экономисты называют фундаментальной трилеммой международных финансов. Этот термин согласно Оксфордскому словарю введён в обращение с 17-го века и описывает ситуацию, в которой кто-либо сталкивается с выбором из трёх вариантов, каждый из которых несёт в себе определённые неизбежные проблемы.

В чём трилемма международных финансов? Она произрастает из факта, что у большинства народов те, кто занимается экономической политикой, стремятся достигнуть следующих трёх целей:

• Сделать экономику страны открытой для международных потоков капитала. Мобильность капитала позволяет гражданам диверсифицировать свои активы, инвестируя за рубежом. Это также поощряет иностранных инвесторов вливать в страну свои ресурсы и экспертные знания.

• Использовать монетарную политику, как инструмент, помогающий стабилизировать экономику. Центральный банк может увеличить денежную массу и понизить учётную ставку, когда экономика подавлена или уменьшить рост денежной массы и поднять учётную ставку, когда она перегрета.

• Поддерживать стабильность в курсе обмена валют. Непостоянный обменный курс, временами подверженный спекуляциям, может быть источником более широкой экономической неустойчивости. Более того, стабильный курс облегчает для бизнеса контакт с мировой экономикой и планирование своего будущего.

Но здесь и начинаются трудности: невозможно достигнуть трёх целей одновременно. Если достигаются две из них, непреклонная логика экономики заставляет отказаться от третьей.

В США достигнуты первые две цели. Любой американец может легко инвестировать за рубеж, а иностранцы вольны покупать акции и облигации на местных биржах. Более того, ФРС устанавливают такую монетарную политику, чтобы поддерживать полную занятость и ценовую стабильность. Но результатом этого решения является неустойчивость стоимости доллара на иностранных обменных рынках.

Для сравнения, Китай выбрал другой ответ на трилемму. Его центральный банк проводит монетарную политику и жестко контролируeт обменную стоимость своей валюты. Но достижение этих двух целей вынуждает ограничивать международные потоки капитала, в том числе возможность китайских граждан выводить свои богатства за границу. Без подобных ограничений деньги заходили бы и выходили из страны, заставляя местную учётную ставку соответствовать ставкам, установленным иностранными центральными банками.

Большинство европейских наций выбрало третий путь. Используя евро вместо франков, марок, лир, драхм и прочих валют, эти страны исключили колебания курсов внутри своей зоны. В дополнение капитал может свободно перемещаться между государствами. И всё же ценой этого выбора был отказ от возможности национальной монетарной политики.

Европейский центральный банк устанавливает учётную ставку для Европы вцелом. Но, если ситуация в одной стране – например, в Греции – отличается от ситуации в остальной Европе, то такая страна больше не имеет своей монетарной политики для устранения национальных проблем.

Европейский эксперимент базируется отчасти на америакнской модели. Никто, путешествующий в США, не вынужден менять деньги каждый раз, пересекая границу штата. Общая валюта сослужила 50-ти американским штатам хорошую службу. Европейцы стремились извлечь те же выгоды.

Но Европа отличается от США, имеющих огромное централизованное управление, способное перераспределить ресурсы между регионами по мере необходимости. Ещё более важно - общий язык и наследие позволяет американской рабочей силе свободно передвигаться между регионами, что всегда будет более затруднительно в Европе. Соединённые Штаты Европы надеялись на слишком многое.

Без сомнения мировая финансовая система ставит перед экономистами сложный выбор. В этой сфере экономической политики, так же, как и во многих других, достаточно места для манёвра и поиска отличных друг от друга путей решения трилеммы.

Н. Грегори Манкью (профессор экономики, Гарвард)